Слово Божье и Лютера учение

31 октября протестантский мир празднует День реформации. Но удивительные происходят вещи, спроси нас, что это за праздник, откуда пошел, мы вряд ли ответим. Увы, нередко мы не можем ничего толком сказать ни об истории нашего вероучения, ни откуда ведут свое родословие наши церкви. Думается, в этом отношении предлагаемый материал окажется полезным.

Евангелическо-лютеранская церковь существует в России уже более 400 лет. В1576 г. в Москве была открыта первая лютеранская часовня. Она стала тем камнем, на котором выросло здание Евангелическо-лютеранской церкви России, объединявшей к 1917 году более семи миллионов лютеран и реформатов.

Надо сказать, что учение "злоименные Лютеры" (так его окрестил один из яростных противников лютеранства — протопоп Иван Наседка) появилось в России почти одновременно с его возникновением в Западной Европе. Это и неудивительно. Великий князь Василий в двадцатые годы XVI века настойчиво налаживал связи с европейскими соседями и приглашал к нам ремесленников, торговых людей и аптекарей. Эту традицию продолжил и Иван Грозный.

Среди шведских купцов, немецких лекарей, хирургов, типографщиков было немало лютеран. Им разрешили свободно исповедывать свою веру, чего нельзя сказать о католиках. На просьбу иезуита Антония Поссевина о строительстве католического храма Иван Грозный ответил так: "Торговым людям в Московское государство приезжать и попам с ними их веры ездить, только им учения своего русским людям не плодить и костелов в государстве Московском не ставить". К лютеранам царь отнесся гораздо мягче: в них русские государи видели естественных союзников Православной церкви, ибо и те и другие боролись с "латинской ересью". К тому же, как отмечают историки, протестанты не обнаруживали стремления к занятиям политикой.

Тем не менее исторические источники свидетельствуют, что лютеране пытались обратить в свою веру... самого Ивана Грозного. Царь любил рассуждать о вере с "учеными" людьми, и известно, что ему нравились проповеди пастора Бакгорна, а на учение немецкого реформатора он смотрел как на "близкое к истине". Влияние лютеранских пасторов было столь велико, что русский летописец с тревогой пишет, что царя "чуть не отвели от православной веры". Впрочем, это беспокойство оказалось напрасным. Когда в 1570 г. лютеране прислали к Ивану Грозному посольство, открытой целью которого было заключение союза с Православной церковью (тайное же поручение послам было обратить царя в лютеранство), тот в первой же беседе разгромил по всем пунктам немецкое учение, а напоследок запретил протестантам не только рассуждать перед его подданными о своей вере, но и даже входить в православные храмы.

Василий Ключевский рассказывает и о таком эпизоде: "В 1577 году на улице в завоеванном ливонском городе Кокенгаузене он благодушно беседовал с пастором о любимых своих богословских предметах, но едва не приказал его казнить, когда тот неосторожно сравнил Лютера с апостолом Павлом, ударил пастора хлыстом по голове и ускакал со словами: "Поди ты к черту со своим Лютером". Надо сказать, что ливонский священник еще легко отделался, потому что другого — некоего пастора Фому — Иван Грозный не только избил палкой, но и спустил под лед в Двину...

Тем не менее пленные немцы и шотландцы, расселенные по разным российским городам после Ливонской войны, получили от царя право свободного исповедания своей веры. В Москве немцы селятся в знаменитой слободе Кукуй, где у них был не только свой пастор, но и собственная кирха. Вообще при Иване Грозном в России лютеранам жилось гораздо легче, чем их братьям по вере в Западной Европе, где им приходилось доказывать свое право на существование. Однако самым благоприятным для протестантов было царствование Бориса Годунова. Теперь уже не на слободской окраине, а в самом центре Москвы — Белом городе — на деньги самого царя строится церковь, куда специально приглашаются проповедники из Германии.

В период Смуты положение лютеранской общины нельзя назвать устойчивым: если Лжедмитрий I не чинил "иноверцам" никаких препятствий, то Лжедмитрий II едва не истребил их всех. Лютеран обвиняют в непочтительном отношении к русским святыням: якобы они сидят и спят на иконах, строят возле церквей корчмы и "всякое осквернение от немцев русским бывает". В царствование Михаила Федоровича положение выправляется, и лютеране даже получают "данную" на строительство нового храма, который в благодарность называют Михайловским.

Число протестантов в Москве постепенно увеличивается, и к концу царствования Михаила Романова в городе уже насчитывается тысяча семей лютеран и реформатов. Связано это с тем, что царь предпочитал приглашать в страну для "государственных нужд" протестантов, а не тех, "кои папежския веры".

Впрочем, цари также стремились ограничить влияние лютеран, для чего царь Алексей Михайлович повелел всем протестантам, которые не согласны перейти в православие, жить только на Кукуе. Они также получили право строиться в Новгороде, Пскове, Переславле и Белгороде, где им позволялось отправлять свою службу по домам, храмы же строить запрещалось. Всего же в 1673 г. немцев в России жило не менее 18 тысяч. А при правлении царевны Софьи к ним прибавились еще и гугеноты, бежавшие из Франции...

Протестанты никогда не скрывали своих убеждений и стремились проповедовать свою веру. Летописцы отмечают, что среди них много не только образованных и умных проповедников, но и миряне были сведущи в своем богословии. Лютеранские убеждения находили живой отклик у православной паствы, ибо, как и Русская церковь, содержали резкую критику католичества. Об успехе проповедников свидетельствует, например, тот факт, что в 1552 г. в Россию были завезены тексты "Аугсбургского исповедания" и "Катехизиса" Лютера, переведенные на русский язык, чтобы здесь типографщики печатали их и распространяли. При этом речь шла о тысячных тиражах.

Жалобы ревнителей православия на успехи лютеран начинаются еще с Максима Грека (середина XVI века). Первым русским протестанствующим вольнодумцем считается дьяк Матвей Башкин. В 1553 г. Башкин предстал перед церковным судом по обвинению в преувеличении роли Христа по сравнению с Отцом и Святым Духом, в признании евхаристии простым хлебом и вином, непочтении к иконам и святым, отрицании таинства покаяния... Дьяк был допрошен лично царем, признал справедливость всех обвинений и сказал, что свое учение "принял от латынников" — неких Матвея Башкина и Андрея Хотеева, которых князь Курбский называет лютеранами. Церковный Собор признает Матвея Башкина отступником и приговаривает к ссылке в Волоколамский монастырь.

Лютеранство настолько сильно влияло на умы ищущих людей, что им оказывались "заражены" писания и людей православных. Так, например, в 1627 г. властям пришлось запретить "Катехизис", изданный тиражом в несколько тысяч экземпляров, поскольку в нем усмотрели влияние протестантской пропаганды. Вообще XVII век становится веком активной полемики лютеранских и православных авторов. Сохранилась обильная переписка пастора Фильгобера с протопопом Иваном Наседкой, в которой идет речь об отличии православного богословия от "злоименные Лютеры". Богословский диалог двух церквей был решительно прерван царем Алексеем Михайловичем, который в своем "Уложении" ввел смертную казнь за совращение из православия. Тем не менее нам известно, что в это время нашелся русский, который не только перешел в протестантство, но и стал пастором. Это Никифор Григорьев, отправленный вместе с еще семнадцатью молодыми людьми учиться в Англию. На родину, где его ожидала смертная казнь, он больше не вернулся.

Новый этап в развитии лютеранства наступает в России с правлением Петра I. С его именем историки связывают наплыв иностранцев и европейских идей. К концу XVII века в стране насчитывается около 30 тыс протестантов. В 1721 г. царь разрешил лютеранам свободно исповедовать свою веру (смертную казнь для своих подданных за переход в "инославие", однако, не отменил). К этому моменту уже насчитывалось 13 лютеранских приходов. Приглашая в Россию иностранных ученых, инженеров, военных, он невольно расширял географию российского лютеранства. По его приказу иностранные мастера строят заводы в Олонце и Петрозаводске, благодаря чему лютеране попадают в сугубо православную до этого Карелию. Нужно также отметить, что царь отправлял русских юношей учиться в западные университеты, где они не могли не познакомиться с протестантизмом.

Сам Петр искренне почитал Лютера как великого реформатора, но, как отмечают историки, такое отношение к протестантизму было делом его личного доброжелательства и любознательности. Хотя лютеранам никто не мешал исповедовать свою веру, но тем не менее пропаганда протестантам была строго запрещена, а в случае смешанных браков (протестантов с православными) дети супружеских пар должны были быть крещены в Православной церкви. Но даже такие строгие правила не могли предотвратить влияние лютеранства на православных людей. Самый яркий тому пример — история стрельца Дмитрия Тверитинова. В 1700 г. он пришел в Немецкую слободу и устроился в аптеке, чтобы "искать науки у дохтуров и лекарей". Общаясь с немцами, Тверитинов усвоил многие лютеранские идеи. Он приходит к убеждению, что "я-де сам церковь, во Христе все — цари и иереи", что между человеком и Богом не должно быть никакого посредничества, что нет никаких таинств, чудес, обрядов, заступничества святых... Свои убеждения аптекарь распространял весьма оригинальным способом. Когда к нему приходил больной с жалобой на зубную или глазную боль, тот с насмешкой советовал обратиться за помощью к святым Ипатию или Антипию. Тверитинов выписал в особые тетради около 500 библейских текстов, которые должны были иллюстрировать правильность его идей, переплел их с катехизисом Лютера и пустил "в народ". В результате бывший дьяк приобрел не одну тысячу последователей. Кончилось все это так называемым "делом о московских еретиках", в результате которого в 1714 году Московский Собор предал их анафеме, а затем кого казнил, а кого сослал на покаяние в монастыри.

Даже в самой Православной церкви некоторые иерархи не избежали воздействия лютеранства. Наиболее известен архиепископ Феофан Прокопович — ближайший помощник Петра I в делах духовного управления. Он знаменит и как автор ярких публицистических проповедей, и как автор "Духовного регламента", и как яростный противник католицизма (при том, что духовное образование он получил в Риме в иезуитской коллегии, для чего на время обучения стал католиком). О склонности Феофана к лютеранству свидетельствуют различные исторические источники. Наиболее интересно в этом отношении письмо аббата Жюбе, присланного в Россию готовить почву для объединения Православной и Католической церквей. В нем он пишет, что был вынужден покинуть страну, потому что оказался "в конфликте с архиепископом Новгородским, президентом российского духовенства, который, несмотря на то, что был взращен в Риме и на деньги Римской церкви, стал ее самым большим противником... Всем, кто его близко знал, известно, что он склонялся к лютеранству".

После смерти Петра I, в правление Анны Иоанновны, лютеранство оказалось скомпрометировано, так как делами в государстве стали управлять немцы-протестанты. Однако при Елизавете они уже "не смели не уважать православия". Благодаря расчетливой политике новой русской императрицы (ею были даны некоторые преимущества протестантам, отступившимся от своей веры) многие прибалтийские дворяне обращаются в православие. Однако при Екатерине II число лютеран существенно увеличилось, так как императрица привлекла немецких крестьян для освоения Поволжья, отвоеванного у Турции. "Всем иностранцам дозволяем в империю Нашу въезжать и селиться, где кто пожелает, во всех наших губерниях", — записала Екатерина II в своем манифесте в 1763 г. В конце XVIII века только в одном Петербурге насчитывалось более 20 тыс лютеран.

В прошлом столетии география российского лютеранства продолжала расширяться. Последователи Лютера расселились от Украины и Ташкента до Владивостока и Мурманска. В 1832 г. Лютеранская церковь получила официальное признание государства. Спустя семьдесят лет (по данным статистики за 1904 г.) Евангелическо-лютеранская церковь Российской империи имела 287 храмов и окормляла более миллиона человек. При этом церковь жестко контролировалась государством. Государь император считался епископом Лютеранской церкви, т. е. высшим блюстителем порядка и дисциплины. Он рассматривал и утверждал не только общие организационные вопросы, но и такие проблемы, как внесение изменений в порядок богослужения, снятие сана с пастора и даже вопросы веры... Смертная казнь за переход из православия в другую веру была отменена только в 1905 г. Поэтому неудивительно, что Лютеранская церковь в России оставалась моноэтнической и подразделялась на немецкую, финскую, шведскую и эстонскую общины...

Приход к власти большевиков нарушил спокойное существование лютеран в России. Церковь разделилась. Одни пасторы не приняли советскую власть и активно участвовали в борьбе с ней, и поэтому их уничтожили. Другие эмигрировали или были высланы (тем более что этому способствовало отделение Финляндии и стран Балтии). О том, насколько изменилось численное соотношение, свидетельствует такой факт. В 1917 г. в финских приходах, расположенных в Петербурге и около него, было 28 пасторов. К 1920 их осталось только четыре. Во времена нэпа по отношению к церкви не проводилось никаких силовых мер, но ее деятельность жестко контролировалась. Самой большой проблемой в этот период была нехватка священнослужителей. Затем для лютеран, как и для Православной и Католической церквей, наступили страшные времена. Вслед за показательными процессами над католическим духовенством и мирянами (1923-1924 гг.) власть принялась за лютеран. 1926-1928 гг. остались в истории русского лютеранства как период жестоких репрессий, когда многие священнослужители были арестованы и либо расстреляны, либо умерли в лагерях.

Цифры говорят сами за себя: в 1927 г. в СССР было 114 лютеранских пасторов, в 1934 г. — 45, в 1936 г. — 8, а к концу 1937 г. — ни одного. Со священников государство переключилось на целые народы. Первыми пострадали финны, жившие к северу от Ленинграда: в 1937 г. их депортировали в Среднюю Азию. В 1940-1941 и 1944-1945 гг. в Сибирь были отправлены латыши и эстонцы (в большинстве своем лютеране). В августе 1941 г. насильственному выселению в Сибирь и Казахстан подверглись немцы. Это не были собственно религиозные преследования, но в результате этих репрессий лютеранские общины в большинстве своем распались. Пасторы были расстреляны, их паства рассеяна.

К 1938 г. с Лютеранской церковью в России было покончено. Но выжившие лютеране ушли в подполье. Они собирались на кладбищах и по домам под видом семейных торжеств. Чаще всего проповедовали миряне, но было и несколько пасторов, которым удалось пережить тюрьмы и ссылки (как, например, Пааво Хаими и Юхани Вассели). Однако все это происходило нелегально, основная масса верующих была лишена главного — участия в таинстве Святого причастия. Некоторые изменения происходят в 1957 г., когда была зарегистрирована первая лютеранская община в Казахстане (г. Акмолинск). В 1970 г. петрозаводские финны получили разрешение зарегистрировать свой приход. Следующий был открыт только в 1977 г. в Ленинградской области, в которой традиционно было много лютеран. Массово лютеранские приходы начали регистрироваться в период перестройки. К лету 1991 г. только в Ленинградской области их было уже 18.

Сегодня на территории России существует две Лютеранские церкви немецкой и скандинавской традиций. Первая Евангелически-лютеранская церковь России и других государств (так называемая ELKRAS). Она имеет несколько епархий (в европейской части России, в Сибири, в Средней Азии, Казахстане и на Украине). Главой ELKRAS является епископ Георг Кречмар, чья резиденция находится в Санкт-Петербурге. Точное количество приходов и общин ELKRAS неизвестно, но считается, что их несколько сотен. В Москве этой Церкви принадлежит приход св. Петра и Павла. Служба идет на немецком и русском языках. Вторая — Евангелически-лютеранская церковь Ингрии (ЕЛЦИ). Ингрией (или Ингерманландией, Ижорой) называют территорию между рекой Нарва и северо-западным побережьем Ладожского озера. Большинство приходов ЕЛЦИ (всего их 57, их членами себя считают 15 тыс человек) находятся на территории Ленинградской области и Карелии. Главой Церкви является епископ Арри Кугаппи, чья резиденция находится также в Санкт-Петербурге.

В Москве ЕЛЦИ принадлежит приход св. Троицы. Служба идет на финском и русском языках. Существуют также и небольшие лютеранские общины при отдельных посольствах в Москве, в некоторые из которых входят и наши соотечественники (например, приход св. Петра Евангелическо-лютеранской церкви Латвии, объединяющий вокруг себя москвичей, — потомков латышей).

Такова краткая история лютеран в России. Рассказ о ней закончим цитатой из статьи русского историка XIX в. Николая Барсова: "Своим благочестием и строгостью жизни протестанты много способствовали очищению нравов между православными, особенно возвышению общественных добродетелей — человеколюбия, благотворительности, честности, трудолюбия".